Катулл. Лирика



КАТУЛЛ
(Около 87-54 гг. до н. э.)

Гай Валерий Катулл (G. Valerius Catullus) - виднейший римский лирик. Его творчество развивалось в период ожесточенной гражданской войны в Риме, в период распада республиканского строя и становления военной диктатуры. Родина поэта - город Верона в Цизальпинской Галлии. Еще юношей Катулл приехал в Рим и вскоре выдвинулся как талантливый поэт. У него установились дружеские отношения с поэтами Лицинием Кальвом и Цинной. Катулл стал главой тех поэтов, которых Цицерон назвал "новыми" поэтами (неотерики).
В условиях разложения республики и полисных отношений, в условиях кризиса римского общества наблюдается усиление субъективизма, уход в сферу интимных переживаний. Поэты-неотерики и были выразителями в литературе этих общественных настроений. Они особенно интересовались "александрийской поэзией", которая была созвучна их настроению. Излюбленными жанрами неотериков являлись элегии, эпиграммы, а также эпиллии (небольшого размера эпические поэмы). В этих "малых формах" поэзии они выражали свои интимные переживания, протест против складывающегося цезарианства, полемизировали с поэтами, представителями жанра большой эпической поэмы.
Особый интерес и заботу проявляли неотерики к форме поэтических произведений. Они боролись за простоту и изящество литературного языка, за освобождение его от архаических слов и выражений и внесли в римскую поэзию много новых стихотворных размеров. Неотерики больше всего ориентировались на близких им по жанру александрийских лириков, которые импонировали им как своей тематикой, так и изощренной отделкой стиха и ритма.
Катулл создал лирику, отражающую разнообразные настроения поэта. Прежде всего это стихи, связанные с глубокой и трагической любовью Катулла к красавице Клодии, сестре трибуна Клодия Пульхра, которую поэт назвал Лесбией. сближая ее с лесбиянкой Сапфо. В этих глубоко интимных стихотворениях отражены и радость взаимной любви, и муки ревности поэта, и его презрение к изменявшей ему женщине, и отчаяние после окончательного разрыва с ней.
Но лира Катулла звучала не только любовными напевами. Ему принадлежит ряд памфлетов на будущего диктатора Юлия Цезаря и его любимцев, а также на разных бездарных стихоплетов. И тогда Катулл настраивал свою лиру на шутливый и игривый лад. В таком тоне даны его стихотворения к друзьям - Лицинию, Фабуллу, Флавию, Цецилию. В этих стихотворениях отражены и литературные интересы поэта, и светлые моменты его жизни, связанные с теплыми дружескими беседами, с искренним весельем товарищеских пирушек и легкими забавами беззаботной ранней юности.
После разрыва с Клодией в 57 г. поэт отправился в Вифинию (Малая Азия), возможно, с целью скорее забыть возлюбленную, причинившую ему столько страданий; может быть, на это решение повлияла и весть о смерти брата, похороненного в Малой Азии. В результате поездки Катулла на Восток появился ряд новых стихотворений и эпиллий "Аттис", в котором нашли отражение экзотика восточной природы и таинственный культ богини Кибелы, связанный с оскоплением и оргиастическими танцами ее жрецов.
На всю последующую римскую лирику (Тибулла, Проперция), а также на поэтов-лириков Западной Европы Катулл оказал большое влияние. Из итальянских гуманистов особенно любил Катулла Понтано, много его переводивший и перенесший все разнообразие его стихотворных размеров в итальянскую литературу. Высоко ценили Катулла Байрон и Гете. Пушкин со всем блеском своего гения перевел на русский язык одно из его стихотворений (см. ниже).
Полный перевод Катулла дан А. Фетом. Некоторые стихотворения переведены и опубликованы в журнале "Гермес". Большинство стихотворений переведено в издании "Academia" (1929).

5

Будем, Лесбия, жить, пока живы,
И любить, пока любит душа;
Старых сплетников ропот брюзгливый
Пусть не стоит для нас ни гроша {*}.

Солнце сядет чредой неизменной
И вернется, как было, точь-в-точь;
Нас, лишь свет наш померкнет мгновенный,
Ждет одна непробудная ночь.

Дай лобзаний мне тысячу сразу
И к ним сотню и тысячу вновь,
Сто еще, и к другому заказу
Вновь настолько же губки готовь.

И как тысяч накопится много,
Счет собьем, чтоб забыть нам итог,
Чтоб завистник не вычислил строго
Всех лобзаний и сглазить не смог.

Хочешь, Лесбия, знать ты, наверно,
Сколько нужно лобзаний твоих,
Чтобы я не просил их безмерно
И, с излишком довольный, притих?

Как песок неисчетны крупицы,
Сплошь усеявшие Ливии край
По соседству Киренской {**} границы,
Где на сильфий всегда урожай,

Меж святилищем в знойной пустыне,
Где Юпитер судьбу говорит,
И меж зданием, равным святыне,
Древний Батт {***} под которым зарыт,

Или сколько в безмолвии ночи
Ярких звезд по дороге своей
Устремляют бессмертные очи
На любовные тайны людей,

Столько жаждет Катулл ненасытный
Обменять поцелуев с тобой,
Чтобы счесть их не мог любопытный
И смутить наговорами - злой.

Перевод Ф.Е. Корша

{* У Катулла, как вообще в античной поэзии, рифма в стихах отсутствует, В данном переводе размер подлинника не сохранен и внесена рифма,
** Кирена - город и страна на северном побережье Африки.
*** Батт - легендарный основатель Кирены.}


далее: 13 >>

Катулл. Лирика
   13
   86
   107
   109
   72
   40
   52
   105
   87-75
   11
   27
   50
   49
   29
   62